Отправить в FacebookОтправить в TwitterОтправить в Vkcom

 

Прошло уже почти 30 лет, а отголоски тех событий все еще слышны и в наши дни. Тогда бельгийский Андерлехт заплатил 18 000 фунтов арбитру Эмилио Гурусета Муро за необходимый результат в ответном полуфинальном поединке Кубка УЕФА...

Пол Харт отлично помнит раздевалку Андерлехта и реакцию Брайана Клафа на случившееся в тот вечер, когда Ноттингем Форест по факту играл против 12 человек. Самый харизматичный и откровенный тренер  своего поколения, а возможно, и вообще в истории футбола, однажды сказал итальянским журналистам, после поражения его Дерби от Ювентуса в полуфинале Кубка Европейских Чемпионов, что желает пообщаться с «честными ублюдками». Но теперь была тишина, он просто сидел в углу и молчал. «Было очень тихо, - вспоминает Харт, - это была необычная тишина».

В стане Лесников то поражение, со счетом 3-0 в полуфинале Кубка УЕФА, в апреле 1984 года, всегда было под большим сомнением. Правда стала известна в 1997 году, когда бельгийский клуб признал, что их бывший президент, Констант Ван ден Сток, подкупил арбитра. Цена вопроса составила – 18 тысяч фунтов стерлингов. После этого Андерлехту было запрещено выступать в соревнованиях под эгидой УЕФА на протяжении года. Наказание оказалось на удивление мягким. Один из самых гнусных скандалов в мировом футболе вписан в историю уж очень мелким шрифтом…

«Возможно, все пошло по такому пути из-за того, что мы не стали особо суетиться», - продолжает Харт. «Одна из вещей, которым нас учил Брайан, это никогда не жаловаться на рефери. Поэтому мы попросту сели в самолет и улетели домой. В выходные у нас была игра против Сток Сити, и мы вышли на матч, как будто ничего не произошло». Об этом случае Клаф даже не упоминает ни в одной из своих автобиографий.

Тем не менее, история, которая произошла тем вечером в Брюсселе, суровое напоминание о том, насколько футбол уязвим от действий извне.

Команда Брайана Клафа ехала в Бельгию с комфортным преимуществом в два мяча, выиграв домашний матч со счетом 2-0. «Мы их раздавили», - вспоминает Пол Харт. На тот момент, по достижению стадии полуфинала, Форест уже выиграл три из четырех выездных поединка – против ПСВ Эйндховен, Селтика и Форвертса; помимо этого была гостевая ничья с австрийским Штурмом из Граца. До третьего европейского финала за последние 6 лет было подать рукой…

Тем не менее Клаф всегда относился с недовольством  к факту назначения на роль главного арбитра того матча Эмилио Гурусеты. К тому времени испанец уже имел дурную репутацию, а его беспочвенные удаления двоих игроков Наполи и «левый» пенальти в ворота Льежа лишь подтвердили оную. «Помню, как я сказал Кенни Свэйну, что надеюсь это не тот же самый парень, который судил нас, когда я играл за Лидс на турнире в Испании, пару лет назад. Тогда рефери на ровном месте удалил двоих наших парней. И вот мы стоим в туннеле, а рядом с нами тот же самый мужик…»

Еще до того момента как Андерлехт усилиями Энцо Шифо вышел вперед на 20-й минуте, арбитр уже принял ряд странных и, мягко говоря, непонятных решений. Но Форест держался около часа, вплоть до того момента когда испанец поставил пенальти в ворота Лесников за фол Свэйна на Кеннете Бриле. «Кенни был на три ярда позади него», - говорит Харт. «Это было просто вопиюще ошибочное решение. Если угодно - Кенни был в миле от него! Возможно, там вообще был офсайд!»

К тому времени гости начали опасаться худшего. Гарри Бертлз, восстановившийся после травмы, начал матч на скамейке запасных, рядом с Клафом. «Они купили его - сказал тогда Бертлз. Да, он именно так и сказал. Перед матчем дверь нашей раздевалки была открыта, как и дверь комнаты судей. И мы видели, что там находились чиновники из Андерлехта».

То ли еще будет.
Эрвин Ванденберг забил третий гол за две минуты до конца основного времени, и вывел Андерлехт вперед по сумме двух матчей. Но в добавленное время Форест заработал угловой. «Я ударил головой, это был чистейший удар в рамках всех возможных правил. Мяч пролетел мимо Иана Бойера и залетел в сетку. Это означало, что мы в финале. Их вратарь уже крыл матом защитников, как прозвучал свисток. Никто не имел ни малейшего понятия что случилось. Я спросил у Иана: «В чем дело, ты был в офсайде? Ты кого-нибудь толкал?» На что он ответил: «Не говори глупостей, гол не засчитали и все».

Далее речь берет Гарри Бертлз:

«Колин Уолш подал угловой и последовал удар головой, обычный, нормальный удар головой по мячу. Там не было и в помине никакого нарушения и контакта с защитником. Мы были в недоумении. Что же здесь происходит!? Мы понимали, что игра сломана и сломал ее судья».

Там, наверху, в пресс-ложе все тоже были в шоке. Джон Рагг – корреспондент из Мидлендс,  который освещал тот матч для Дэйли Экспресс, написал буквально следующее: «Клаф был необычайно зол, и это было необычно. Он прыгал, кричал – было очевидно, что он в курсе, что происходит что-то неладное. Это было еще в те времена, когда и игроки, и официальные лица после матча находились в одном холле. Подошедший  Клаф, поцеловав каждого из нас в щеку, обернулся к журналистам и сказал: «Вы же всё видели, нас сегодня обманули, не так ли?…»

Пэт Мерфи из ВВС, который также был на матче, позже написал в своей книге «Его путь: История Брайана Клафа», что многие опасались фанатских погромов после матча. «На матче присутствовало множество фанов Форест и атмосфера после матча была накалена до предела». После матча, чтобы хоть как то разрядить обстановку, Клаф поспешил на поле, чтобы пожать рефери руку. «Без сомнения, он пожалел, что не смог вместо этого взять испанца за шею и хорошенько потрясти. Пришлось довольствоваться лишь многозначительным взглядом».

Правда всплыла только после ареста двоих человек за шантаж Андерлехта. Предметом шантажа была аудиозапись разговора с Муро. За это аудио умельцы требовали 100 000 фунтов. Для футболистов Форест это не стало неожиданностью. «Судья даже не подал нам руки», - вспоминает Бойер. «Клаффи нам тогда сказал, что судья куплен и дальше должны были идти мы».

В финале Форест сыграл бы с Тоттенхэмом, командой, которая тот чемпионат закончила на 5 позиций ниже и набрала на 13 очков меньше Лесников. «Я никогда не выигрывал медаль в качестве игрока», - продолжает Пол Харт. «Как можно повесить ценник на медаль Европейского масштаба? С проигрышем можно смириться, но когда вас обманули, да еще так - это уж слишком несправедливо». Харт и его товарищи по команде пытались восстановить справедливость и подавали в суд Шарлеруа, но их дело «затерялось в летописях бельгийского законодательства», а кадры забитого Хартом гола, куда-то странным образом исчезли.

Муро погиб в 1987 году в автокатастрофе в возрасте 45 лет, навсегда забрав с собой в могилу тайны того апрельского вечера. Что же касается Андерлехта, то не так давно группа фанатов бельгийского клуба посещала Ноттингем, чтобы принести свои  искренние извинения по поводу случившегося. Тем не менее, это не помешало клубу переименовать стадион в честь бывшего президента - Ван ден Стока, сын которого является нынешним президентом клуба.

Иногда Гарри Бертлз бывает там по работе. «И каждый раз когда я там, - говорит Гарри, - у меня ком подкатывает к горлу».

 

Игорь Волосинко, Олег Темный
Источник: NottinghamEveningPost


© Nottinghamforest.ru